"Спасение навек от горестей и бед несут суровый меч и кроткое перо - две вещи, вот и все, а третьей в мире нет." Ас-Самарканди
Порой жизнь прижимает так, что кажется, что все в этом мире против тебя...

03.05 получил травму глаза. Достаточно неслабую. Мне повезло и не повезло одновременно. Повезло, что глаз цел. Удар пришелся чуть правее, повредив мышцы, крепящие глаз. Говорят (я сам не видел, гы-гы-гы), что он выскочил навыкат. Подбежавший фельдшер загнал его на место пальцем, и прикрыл повязкой. Когда меня под руки уводили с ристалища, трибуны разразились аплодисментами. "Слышишь? Это тебе..."-, сказал ведущий меня товарищ. "Ну, все, блять, охуеть теперь..."-, про себя подумал я.

А если бы повезло по-настоящему, то не прилетело бы никакого удара. В правилах был запрет на уколы в голову. Там дрались рыцари. Здоровенные дядьки, которые крупнее и медленнее меня, кто в Т-образном барбюте, кто в турнирном шлеме с сеткой в ячейки которой можно просунуть три пальца. А прилетело мне: мелкому, который прыгает как вошь на сковородке и имеет достаточно узкую щель забрала (салад). Да и противник не очень опытный. Да к тому же я его бил. Пересматриваю видео - стоило меня остановиться - как я поймал безошибочный укол прямо в узкую щель забрала. Утолщение полекса прошло едва поцарапав край шлема. Укол был настолько правильным, что я его почти не заметил. И это от неопытного противника, который явно не тренировал уколы в щель.
В итоге сейчас я косой на левый глаз. Привыкаю к такой жизни и радуюсь, что хоть не слепой.

17.05 умер отец. В Питере. Внезапно. Не от какой-то болезни, которая была известна, хотя у него было две серьезные травмы головы. Не от инсульта. Не от сердца, хотя он как-то жаловался на одышку (73 года, что уж тут). Умер от пиелонефрита, который у него был в детстве. Он рассказывал о нем как о какой-то детской болезни, которая его никогда не беспокоила. Я о ней слышал от него только, когда он делился детскими (40-50-е годы) воспоминаниями. Никогда он не жаловался на почки.
И вот, пожалуйста. Одна ночь - и человека нет.
16.05. я даже немного повздорил с Ксеней: она настаивала, что надо позвонить отцу - рассказать о моей травме. Я твердо стоял на том, что нечего его расстраивать, а о факте травмы можно сообщить только тогда, когда я восстановлюсь и расквитаюсь с ее последствиями. Не хотел его расстраивать и заставлять нервничать. А утром 17.05 уже узнал, что его нет в живых. И очень сейчас жалею, что не послушал тогда Ксеню - даже не успел сказать отцу напоследок, что я его люблю.
Об отце я уже все сказал на похоронах и 9 днях. Повторяться не буду - это пробивает мои психологические защиты и заставляет чувствовать. А я не хочу чувствовать сейчас.
Он был уникальным человеком удивительной судьбы. Фильм Бёртона "Большая рыба" - это про него. И про меня... мое прощание с отцом было почти таким же, как прощание сына с отцом в том фильме.

Дальше были всякие административные неурядицы. Связанные с тем, что вместо продления больничного я занимался похоронами, а потому больничный мне закрыли еще до снятия швов "за нарушение режима". Пришлось еще побегать по этажам и кабинетам, пытаясь оный больничный найти и получить на руки, хоть в каком-то виде.

Теперь 30.05 фест "Оловянный солдатик" в Бородино, а команда, с которой надо было ехать (все ребята из дружественных клубов) - раз, и растворилась в тумане. В итоге вместо 10 чел. - 3 (включая меня-каличного), проблемы с транспортом (скидываться некому), и вместо веселой поездки на "мультик" в шумной дружеской компании - масса проблем, связанных с нехваткой рук. И это при том, что вроде все были предупреждены заранее, и были готовы; до Бородино ехать недалеко; проблем с подготовкой нет - у всех хоть щас пакуй рюкзак и езжай. И у всех то работа, то учеба, то еще что. И недоебешься. Как будто действительно "неудачно совпало", бывает. Только я не верю в такие случайности. Случайность, как говорил отец, есть осознанная необходимость. И где я не доработал - я не понимаю.
В общем поездка из легкой и непринужденной превратилась для меня в какой-то организационный ад с латанием дыр.
А еще нам до ужаса нужен четвертый участник. А его нет. И где его взять - я не знаю.

Все сразу и всего много.
В больнице я лежал в одной комнате с мусульманином, учащимся духовной школы. Мы много говорили об исламе, о христианстве и т.п. И из его слов я вынес некоторый урок: Всевышний не отягощает нас неустранимыми ограничениями - не можешь молиться пять раз в день - помолись хотя бы один, не можешь стоять - читай молитву сидя, не можешь сидеть - читай молитву лежа, не можешь читать вслух - читай про себя, хоть движением глаз; даже когда тонешь в океане - есть возможность молиться.
Сейчас так и живу.